На трассе М5 Урал в Челябинской области из-за непогоды введено ограничение движения

Минздрав РТ напоминает: вызов Скорой помощи осуществляется по бесплатному номеру 103



Джамала: Только ситуация в Крыму стала налаживаться и вдруг все перевернулось с ног на голову

Карьера певицы с нестандартной манерой исполнения, собственным вкусом и пониманием музыки резко пошла в гору. Джамала рассталась с продюсером Еленой Коляденко и решила развиваться самостоятельно. Сейчас певица пишет третий альбом. Признается, что все песни в нем получились очень грустными. Девушка, выросшая в Крыму, горячо переживает за страну, свой народ и близких. В поддержку крымских татар она выступила на Майдане на народном вече. Говорит, что и в дальнейшем не намерена молчать.

- Специально для моего концерта в Симферополе в 2011 году украинский дизайнер Алена Олейник подготовила традиционный крымско-татарский головной убор - феску, - говорит Джамала. - Вообще-то он носится со своеобразной фатой, но я использую его как отдельный элемент. А платье выбрала из новой коллекции Елены Ревы. Получился современный образ национального костюма. Он хорошо сочетался с репертуаром, я пела крымско-татарские и украинские народные песни.

- В вас ведь намешано много разных кровей.

- Папа - крымский татарин, а мама - армянка, но у бабушки по маминой линии в роду были русские, украинцы и поляки. Семью папы депортировали, они всю жизнь мечтали вернуться на родину, в Малореченское. Этот путь оказался нелегким для нашей семьи. Мои родители познакомились в киргизском городе Ош, где папа руководил ансамблем, а мама была пианисткой. Отец сделал маме предложение руки и сердца и сразу предупредил, что они обязательно переедут жить в Крым, в село Малореченское, откуда родом его деды-прадеды. Кстати, свои первые шаги я сделала именно там. Точнее, это были шаги в море. Плавать я научилась раньше, чем ходить. Мама занималась со мной по специальной системе. Когда родители приехали отдыхать в Крым, я осталась на пляже с папой, пока мама пошла что-то купить. Он отвлекся, вернулась мама, а ребенка нет. «А где Сусана?» - удивилась мама. Смотрят, а я спокойно себе плыву. Ползком добралась до воды. Отдыхающие не переставали удивляться, как это младенец так свободно держится в море. Хорошо, что был штиль, а то неизвестно, чем бы все закончилось.

К родине наша семья подбиралась постепенно. Сначала переехали в Мелитополь. Там я пошла в школу, а когда была во втором классе, переехали в Малореченское. Ради этого родителям пришлось пойти на хитрость и развестись. В Советском Союзе существовал запрет на поселение крымских татар в Крыму. Сначала в Малореченское поехала мама, у которой была фамилия Тумасова, присмотрела там небольшой домик, если честно, больше похожий на сарай. При этом никому не признавалась, что у нее муж крымский татарин. Когда документы были готовы, хозяйка дома пришла в негодование, но было уже поздно. Эта женщина, русская, была переселенкой с Урала, естественно, обработана советской пропагандой. Крымчан пугали, что вернутся татары и будут отбирать дома, в которых они жили раньше. На самом деле люди находили общий язык, старались понять друг друга. Помню свою музыкальную школу - большой, красивый каменный дом, когда-то принадлежавший крымско-татарской семье. После того как Украина стала независимой, коренные жители начали возвращаться. Приехала и семья, которой до депортации принадлежал дом, где была музыкальная школа. У них оказались все документы, но эти люди оставили детям возможность заниматься музыкой. Кстати, той семье взамен ничего не предложили, они как-то сами устраивались.

- Быстро ли вы прижились на новом месте?

- Родители принялись строить новый дом. Ради этого отцу пришлось оставить любимую музыку и заняться садом-огородом, чтобы как-то прокормить семью. Тогда мы жили очень скромно, экономили на всем.

- У вас интернациональная семья с разными религиями: папа мусульманин, мама христианка. Отразилось ли это на вашем воспитании?

- Мы с сестрой мусульманки, хотя в детстве я прочитала и Библию, и Коран. У нас в селе есть и мечеть, и церковь. Я не припомню, чтобы возникали какие-то проблемы. Конечно, у нас, как в любой семье, были споры. Папа противился, когда мама на Пасху пекла куличи, красила яйца. Но в итоге всегда находили компромисс, поддерживали маму. Отмечали и мусульманские праздники, и христианские. Так что у нас в семье поводов для веселья было вдвое больше.

- Как к вам относились в школе?

- Когда я пошла в школу, была единственной крымской татаркой в классе, а после девятого нас уже было пятеро. Открытых конфликтов не было, но напряжение чувствовалось. Дети вели себя так, как их настраивали родители. Особенно на уроках истории, когда речь шла, например, о монголо-татарском нашествии. Косились на меня, не понимая, что ни я, ни мой народ не имеем к этому никакого отношения. Советская пропаганда создала такой собирательный негативный образ татар.

Только в последнее время ситуация в Крыму стала налаживаться. Свободно себя почувствовали представители разных национальностей. Русские, татары, украинцы, армяне, греки научились понимать друг друга, дружить. Почему кто-то считает себя вправе перевернуть все с ног на голову? Моему возмущению нет предела! Я очень болею за то, что происходит сейчас в Крыму. Там все мое, родное, там мой дедушка, которому уже 85 лет. Он выращивает инжир и любит его больше, чем меня, и я на это не обижаюсь. Там мой папа, который прежде чем залить фундамент дома, посадил гранат, хурму, оливки и кизил. Теперь у нас свой сад. Как можно все оставить и уехать?

- Вы хотели перевезти родителей в Киев?

- Когда в Симферополе появились «зеленые человечки», пошли тревожные новости, я предложила родителям хотя бы на время приехать ко мне в Киев. Так было бы комфортнее и спокойнее, но они категорически отказались. Папа заявил, что будет закрывать собственной грудью свой дом, деревья. Пока в селе относительно спокойно, хотя власть полностью подчинена самозванцам. На всех административных зданиях вместо украинских вывешены российские флаги. Ходят слухи, что в соседних селах поджигали дома, машины крымских татар, угрожали тем, кто ходил на митинги за единство Крыма и Украины. На въезде в Малореченское появился пост пророссийской «самообороны», шлагбаум, всех проверяют.

Люди встревожены. Мама в подавленном состоянии, каждый день плачет. Некоторые соседи говорят ей с такой легкой издевкой: поздравляем, наконец-то мы граждане России. У нас много родственников в России, там родные мамины братья и сестры живут. Но сейчас общаться с ними очень сложно. Они смотрят другое «кино». Когда включаю российские новости, поражаюсь - до чего же развита у них пропаганда! Так ловко подтасовывают факты, подкладывают под них картинку, берут нужные комментарии. Люди смотрят и верят. Пока переубедить родственников не удается.

- Как намерены поступить со своим паспортом, у вас ведь крымская прописка?

- Хочу проконсультироваться с юристами, ведь я гражданка Украины. Менять гражданство не собираюсь. У меня лично нет в Крыму никакой недвижимости. Иногда кажется, что все это страшный сон. Вот проснусь - и мы все будем жить в нашей мирной стране. Больно слышать: мол, как жаль, что Россия захватила Крым. Я даже злюсь на таких людей. Нельзя сдаваться. Верю, что можно и нужно что-то делать.

- Что готовы сделать вы?

- Привлекать внимание людей к этой проблеме, и не только в Украине. Не люблю комментировать политику, но сейчас не могу молчать. Потому что это касается лично меня, моих родителей, моего народа.

- Недавно вы вернулись из Турции, что там делали?

- Меня пригласили на фестиваль тюркской музыки, посвященный Наврузу, празднику весны. Там были дагестанцы, чеченцы, казахи, казанские татары, чуваши… Я закрывала фестиваль. Было приятно, что люди ждали меня. В Турции живут три миллиона татар, бежавших из Крыма перед депортацией. И они помнят о своей родине. Я обратилась к ним со сцены на турецком языке. Сказала, что мы не должны терять связи, а держаться вместе, просила поддержки. В понятие «мой народ», я включаю и крымско-татарский, и армянский, и украинский, ведь живу и творю в Украине. Люблю свою страну!

- Вы исполнили гимн Украины перед боем Владимира Кличко и россиянина Александра Поветкина. Тогда многие критиковали вас за манеру исполнения…

- Слава Богу, что люди услышали гимн. А нравится мое пение или нет, это дело вкуса. Тогда в одном из интервью я сказала: наша главная проблема в том, что мы недостаточно любим свою страну. Мы можем надеть на себя что-то с принтом британского или американского флага, но украинские национальные цвета использовать не будем. Это я сказала в октябре, а через два месяца гимн уже пела вся страна. Сейчас его знают даже малые дети. Появилась гордость за Украину. Но цена за это огромная - жизни сотен людей, угроза войны.

- В такое тяжелое время как вам работается?

- Я не давала концертов после расстрела людей на Майдане. Не могла петь, когда в стране траур. Сейчас запланированные концерты никто не отменяет. Не знаю, как будет дальше. Работаю над третьим альбомом, но пока пишутся только грустные песни. Музыка должна помогать, давать людям надежду. Вот сейчас выходит клип на песню «Чому квiти мають очi», которую написала год назад под впечатлением от фильма «Поводырь», где я снялась в главной женской роли. Это историческая драма, основанная на событиях 1932 года. Прослушав песню сейчас, я поняла, что написана она о сегодняшнем дне. И в ней есть надежда.

По материалам Факты