В Башкирии семь человек заболели мышиной лихорадкой

С 28 апреля на дорогах Мурманской области полицейские будут скрытно наблюдать за водителями



Петербурженка осталась без квартиры из-за махинаций ее прежних хозяев

Лидия Точилова, как многие выросшие в коммуналках петербуржцы, всю жизнь мечтала о собственной квартире. Сделать первый шаг к мечте сумела, когда ей было около тридцати: заняла денег и выкупила вторую комнату в дополнение к той, где ютилась вместе с мамой и сыном. Рассчитавшись с долгом, продала обе комнаты, взяла кредит в банке и в декабре 2006 года наконец-то смогла купить настоящую отдельную квартиру - «двушку» в кирпичной девятиэтажке на Витебском проспекте.

Отметили новоселье, не могли нарадоваться: собственная кухня, никаких очередей в туалет и дежурств по уборке мест общего пользования. А у девятилетнего Гриши появилась своя комната!

Но примерно через год в семью Точиловых стали приходить судебные повестки. Оказалось, что когда-то эта квартира принадлежала недееспособной женщине. Вот уже несколько лет она находится на лечении в Психоневрологическом интернате (ПНИ) № 2. Что, впрочем, не помешало продать ее недвижимость по доверенности вначале одному человеку, потом другому и только затем - Точиловой. Теперь руководство ПНИ обратилось в суд с иском о признании сделки незаконной. Надо ли говорить, что о душевной болезни кого-то из прежних хозяев Лидия не могла даже подозревать, и подвоха с этой стороны никак не ждала. Тем более что в свидетельстве о праве собственности и договоре купли-продажи ясно написано: «Обременений не зарегистрировано».

Тогда Лидия особенно не паниковала: чувствовала себя правой, а значит, суд должен быть на ее стороне. Вначале так и было. В январе 2008 года Московский районный суд вынес решение в пользу Точиловых: сделку признать действительной, в запросах ПНИ об истребовании имущества отказать, поскольку тяжелобольная прежняя владелица квартиры все равно будет находиться в интернате пожизненно.

Ни в каких реестрах и списках не значилось, что квартира с обременением. Как я могла об этом догадаться, из каких источников узнать?

- Но спустя три месяца прокурор обжаловал это решение в Городском суде, который принял сторону ПНИ и постановил «истребовать квартиру», - говорит Лидия Точилова. - При этом никаких повесток и определений суда ко мне не приходило. Так что отстаивать свою правоту я просто не имела возможности. Да я об этом и не задумывалась, совесть-то чиста, и с судебной системой я никогда прежде не сталкивалась. О том, что у нас все-таки отбирают квартиру, узнала только в июне 2009 года. Тогда я была беременна вторым ребенком. 1 июня вышла в декретный отпуск, а через пять дней ко мне пришли приставы…

В апреле 2011 года суд вынес еще одно решение, по сути, поставившее точку в деле о спорной квартире: выселить семью Точиловых «со снятием с регистрационного учета, без предоставления другого жилого помещения». Формально Лидия, ее 78-летняя мама, сын-подросток и маленькая дочь оказываются на улице - жить им больше негде.

- Несмотря на определенное давление, мы до сих пор продолжаем жить в квартире, хоть и «на птичьих правах»: судебные приставы идут нам навстречу. Но регистрации ни у кого из нас нет. То есть мы - бомжи. При том что я родилась и прожила в этом городе всю жизнь, ни разу ничего не нарушая, - сетует Лидия. - Хорошо, что в колледж, где учится старший, и детсад, куда ходит младшая, документы были сданы раньше. А что дальше? Ведь я даже не могу предъявить форму-9, которая нужна буквально везде.

Лидия Точилова не сдается. Продолжает стучаться во все инстанции, обращая внимание на неувязки, которых в этом деле слишком много.

- По документам, хозяйку квартиры признали недееспособной еще в 2004 году, и согласие на это давали органы опеки того самого Гагаринского муниципального образования, где подписывали нам документы о том, что сделка улучшает жилищные условия несовершеннолетнего. То есть там обо всем знали! На бумагах стоят даже одни и те же фамилии ответственных лиц. Что это? Халатность или умысел? - возмущается Лидия. - Почему нигде, ни в каких реестрах и списках не значилось, что квартира с обременением? Как я могла об этом догадаться, из каких источников узнать?

- В такой ситуации рискуют оказаться многие, покупающие жилье на вторичном рынке. Но к нотариусу, удостоверявшему сделку, здесь вряд ли могут быть претензии. Его дело - определить дееспособность продавца «на глаз»: сличить фото в паспорте, убедиться, что человек адекватен и совершает сделку по собственному желанию. О проверке всех прежних собственников речь не идет, - комментирует петербургский риелтор Ирина Вицкая. - По большому счету, во время заключения сделки никто не обязан сообщать покупателю о том, что владельцем квартиры когда-то являлся недееспособный человек. Выяснение подробной истории каждой квартиры - дело агентств по недвижимости. Но, даже если покупатель решил обойтись без посредников, он может все разузнать сам. Чаще всего для этого достаточно обратиться в ЖЭК или управляющую компанию. Где-то нужную информацию без проблем дадут на месте, где-то отправят в районную администрацию. Но результата можно добиться всегда. Да просто пообщаться с соседями, в конце концов. И если хотя бы что-то настораживает, лучше не надеяться, что обойдется, а прислушаться к внутреннему голосу. Все проще, чем потом влипнуть в судебные тяжбы и в конце концов лишиться недвижимости.

Юристы, которых мы просили прокомментировать ситуацию, разводили руками: вынесенные по делу судебные акты уже вступили в силу, и законного основания для возврата квартиры Точиловой не имеется.

- Как же так? Детей выкидывают на улицу, и никого это не беспокоит - ни органы опеки, ни уполномоченного по правам ребенка, ни следственные органы, ни суд, - переживает Лидия. - Я пытаюсь выйти на федеральный уровень, но все мои обращения автоматически спускаются в Питер, где мне все уже отказали. Прихожу к выводу, что в городе действует целая структура, проворачивающая подобные сделки, которые потом признаются недействительными. Сейчас наша квартира официально принадлежит женщине, опекуном которой является Психоневрологический интернат. Но уже появлялась какая-то странная женщина, заявившая, что у нее есть генеральная доверенность на эту квартиру, правда, никаких документов не предъявила. И как нам тогда быть?..

Тем временем

В цепочке продаж злополучной квартиры не обошлось без криминала - в этом ни у кого нет сомнений. Следственное управление МВД РФ по Московскому району Санкт-Петербурга расследует уголовное дело в отношении первого покупателя уже семь лет. Впрочем, следствие постоянно приостанавливается, потому что обвиняемый в мошенничестве объявлен в розыск.

- В 2011 году я побывала на приеме у главы Следственного комитета РФ Александра Бастрыкина, - говорит Лидия Точилова. - Он дал указание забрать уголовное дело для дальнейшего расследования в его ведомство. Но, как ни странно, его… не отдали. После многомесячной переписки мне пришел ответ из прокуратуры Санкт-Петербурга о том, что «оснований для передачи дела не имеется».

По просьбе «Российской газеты» глава СК РФ по Санкт-Петербургу Александр Клаус пообещал взять расследование дела под контроль.

Прямая речь

Светлана Агапитова, уполномоченный по правам ребенка в Санкт-Петербурге:

- Подобные случаи не единичны, и, к сожалению, как правило, семьи с детьми фактически оказываются один на один со своей проблемой. Действующее законодательство содержит правовой вакуум, позволяющий выселять «на улицу» семьи с детьми по искам об истребовании имущества из незаконного владения, либо о признании сделок купли-продажи недвижимости недействительными. Мы рекомендуем претендовать на получение жилья из специализированного фонда от администрации района. Но надо понимать, что таких помещений катастрофически не хватает, а в некоторых районах города свободные площади и вовсе отсутствуют. Если ситуация совсем критическая, то по возможности могут быть задействованы кризисные квартиры районных центров помощи семье.

Что касается отсутствия регистрации, то в Петербурге существует механизм, который помогает избежать связанных с этим негативных последствий. Нужно обратиться в Городской пункт учета граждан РФ без определенного места жительства по адресу: Тамбовская улица, 78-В. Всем зарегистрированным там одновременно с получением справки о постановке на учет выдается полис обязательного медицинского страхования.

Татьяна Иванцова, вице-президент «Адвокатской коллегии Нарышкиных»:

- Чтобы не попасть в такую ситуацию, покупателю нужно, прежде чем подписывать договор, пристально изучить историю квартиры, лучше с привлечением специалистов. В данном случае имеется ряд обстоятельств, свидетельствующих о том, что предыдущие сделки являются если не порочными, то весьма сомнительными. Так, первое, что должно было насторожить, - почему квартира за период с июля по декабрь 2006 года перепродается третий раз? Далее следовало проверить архивную справку о регистрации формы-9 по квартире. Из нее можно было бы узнать, что хозяйка снята с регистрационного учета в связи с выбытием в психоневрологический интернат. Кроме того, у покупателя должна была вызвать подозрения цена продаваемой квартиры - как правило, у такой «проблемной» недвижимости она значительно ниже среднерыночной. Если, владея подобной информацией, человек все-таки приобретает квартиру, он должен понимать, что рискует ее потерять, а значит, оставить без жилья и своих детей.